Напёрсточки.
Маузером из кобуры,
светлым лисом из под горы,
меж напёрстков,
меж двух машин:
а в сердце выстрелы.
Да перестрелки.
По шейному по позвонку
хвостовым пухом
да серой белки.
Вяжу на нитки
старые рифмы:
новые звуки. Тонки
моих кошмаров стенки.
Как переменки,
паузы
беспечных снов
среди сюжетов
бессвязных -
без слов,
без персонажей -
моих побегов.
И коридоров,
ветвящихся среди узлов
путей, ходов
и лестниц - узоров.
Взоров
спасаемых и не спасённых -
вслепую
ведомых
отсюда к выходу
или ко входу.
И всякий
ночной побег поспешен
и неуспешен:
прерван.
Вырван
беглец из лабиринта сна
тревожным утром.
Сумрак.
Суровый морок.
Рассветный ужас.
Без причин и без конца.
Зрачок расширен.
Глаз заворожен,
и приворожен.
И голос стужен.
И ты мне нужен -
от носа и до хвоста,
от света и до лица:
лис,
что из норы в пустыню,
из горницы да в пустоту,
от двери к двери,
от стука к сердцу.
Ты приручил меня.
И ты в ответе.
Будь же